Работа над сценическим образом. Иван Сусанин.

[myllirina]

Когда меня скоро опять позвали на императорскую сцену при чутком к духу времени В. А. Теляковском, вместе с моим репертуаром вступила в императорские театры, торжествуя, и русская музыка. О щах, гречневой каше и перегаре водки речи уже не было.

Символическим выражением происшедшей за несколько лет перемены в общей атмосфере театра и в моем личном положении может служить следующий пикантный случай.

Читатель помнит, может быть, как робко возразил я в 1895 году против пейзанского костюма Сусанина в Жизни за царя. Вскоре после моего вторичного вступления на императорскую сцену я снова играл Сусанина. Тот же гардеробщик принес мне, вероятно, тот же самый для Сусанина костюм: sortie de bal, красные сафьяновые сапоги. Увидев сие великолепие, я бросил костюм на землю и притоптал его ногами.

- Сейчас же подать мне мужицкий армяк и лапти!


(Шаляпин в роли Ивана Сусанина (опера "Иван Сусанин" М.Глинки))

Гардеробщик не ожидал, конечно, такой решительности и испугался. Я думаю, что это был первый случай в истории императорских театров, когда чиновник испугался актера... До сих пор актеры пугались чиновников.

Гардеробщик, вероятно, доложил; вероятно, собирался совет - тяжелый случай нарушения субординации и порча казенного имущества. Костюма я дожидался долго, но дождался: мне принесли темно-желтый армяк, лапти и онучи.

Революция свершилась. На самой высокой баррикаде стоял костромской мужик Сусанин в настоящих лаптях.

http://youtu.be/CUOQXx9X2rU

http://youtu.be/CUOQXx9X2rU

****

А это то, как было в тот первый раз, про щи, гречневую кашу и русскую музыку...

В театре разучивали новую оперу Н. А.Римского-Корсакова Ночь перед рождеством по Гоголю. Мне была в этой опере поручена маленькая роль Панаса. Тут я в первый раз встретился с Римским-Корсаковым. Этот музыкальный волшебник произвел на меня впечатление очень скромного и застенчивого человека. Он имел старомодный вид. Темная борода росла как хотела, прикрывая небрежный черный галстучек. Он был одет в черный сюртук старинного покроя, и карманы брюк были по-старинному расположены горизонтально. На носу он носил две пары очков - одну над другой. Глубокая складка между бровей казалась мне скорбной. Был он чрезвычайно молчалив. Приходил, как мы все, в партер и то садился ближе к дирижеру Направнику, то отходил в сторонку и садился на скамеечку, молча и внимательно наблюдая за репетицией.

Почти на каждой репетиции Направник обращался к композитору с каким-нибудь замечанием и говорил:

- Я думаю, Николай Андреевич, что этот акт имеет много длиннот, и я вам рекомендую его сократить.

Смущенный Римский-Корсаков вставал, озабоченно подходил к дирижерскому пюпитру и дребезжащим баском в нос виновато говорил:

- По совести говоря, не нахожу в этом акте длиннот.

И робко пояснял:

- Конструкция всей пьесы требует, чтобы именно тут было выражено музыкально то, что служит _о_с_н_о_в_а_н_и_е_м_ дальнейшего действия.

Методически холодный голос Направника отвечал ему с педантическим чешским акцентом:

- Может быть, вы и правы, но это ваша личная любовь к собственному произведению. Но нужно же думать и о публике. Из моего _д_л_и_н_н_о_г_о_ опыта я замечаю, что тщательная разработка композиторами их произведений затягивает спектакль и утомляет публику. Я это говорю потому, что имею к вам настоящую симпатию. Надо сократить.

Все это, может быть, и так, но последним и решающим аргументом в этих спорах неизменно являлась ссылка на то, что:

- Директор Всеволожский решительно восстает против длиннот _р_у_с_с_к_и_х_ _к_о_м_п_о_з_и_т_о_р_о_в.

И тут я уже понимал, что, как бы ни симпатизировал Направник Римскому-Корсакову, с одной стороны, как бы ни был художественно прав композитор, с другой, - решает вопрос не симпатия и не авторитет гения, а личный вкус директора - самого большого из чиновников, который не выносит длиннот русских композиторов.

Но не только русских длиннот не выносил И. А. Всеволожский - он не выносил русской музыки вообще. Об этом я узнал из самого авторитетного источника, когда в первый раз на Мариинской сцене играл роль Сусанина в Жизни за царя. Костюм этого крепкого северного русского мужика, принесенный мне заведующим гардеробом, представлял собою нечто похожее на sortie de bal {Вечерний туалет (фр.).}. Вместо лаптей принесли красные сафьяновые сапоги.

Когда я сказал гардеробщику:

- Не полагалось бы, батюшка мой, Сусанина играть в таком костюме; это ведь неправда, - заведующий гардеробом посмотрел на меня, как на человека, упавшего с луны, и заявил:

- Наш директор терпеть не может все эти русские представления. О лаптях и не помышляйте. Наш директор говорит, что когда представляют русскую оперу, то на сцене отвратительно пахнет щами и гречневой кашей. Как только начинают играть русскую увертюру, самый воздух в театре пропитывается перегаром водки...

Щи, гречневая каша и перегар водки - ничего, кроме этого, бюрократическая рутина не чувствовала в той новой русской музыке, которой суждено было вскоре завоевать весь мир...

Ф.И.Шаляпин "Маска и душа" (источник)