Побывала в гостях у Люси...

[myllirina]

Когда приходишь на подобные выставки современников, то всегда возникает странное чувство, ведь традиционно в галереях наблюдаешь работы давно ушедших художников, они сами уже как миф, как нечто недостижимое и непостижимое. Однажды коллега рассказала историю, что одна ее знакомая на вопрос, почему де она не интересуется творчеством такого-то композитора, ответила, что он для этого не достаточно давно умер :)

Работы Люси Вороновой сложны для восприятия, я особо и не рассчитывала на успех, просто наблюдала за ощущениями, фиксировала впечатления, мысли. На обратном пути поймала себя на чувстве некоторой неспокойности, ершистости, в глазах постоянно мелькали контрастные частицы фонов. Если закрыть глаза и сильно потереть их, то можно наблюдать разнообразные переливчатые картинки-фоны, они совершенно не предсказуемы, но они всегда яркие, контрастные, как фоны картин Люси.

Однажды я поставила эксперимент: в течение дня фиксировала обрывки доминирующих в этот момент мыслей. Итог таков, что если бы кто-то попытался угодить мне, он бы в жизни не угодил, потому что мысли противоречили одна другой. Именно поэтому некоторые желания трудноматериализуемы в силу наличия противоположных им желаний. Глядя на фон картин ощущаешь именно поток сознания в моменте, иногда это терзания, иногда гнев, иногда депрессия, иногда меланхолия, иногда какие-то противоречия…

Все картины без рам, в этом тоже есть определенный смысл. Рама – частный случай ограничения, здесь же подчеркивается бесконечность. В основе же полотна всегда лежит «ткань», плетение, которая в силу цветовой контрастности иногда порождает иллюзию объема.

У лунного света вот такая ткань:

У всех портретируемых особый взгляд: он живой, но он особый, это когда человек о чем-то думает и начинает смотреть в одну точку не моргая, вот примерно такой.

И этот прием, когда на картине вроде бы три человека, но, на самом деле, это один человек в трех своих состояниях, а фон – это его внутренний мир.

В какой-то момент возникло ощущение сходства с творчеством Гогена.

Фон для цветов часто монохромный, ведь здесь цветы – как бы сами образуют полотно. В натюрмортах получается некоторая инверсия, портрет – это всегда узор, на фоне которого цельное изображение потретируемо(ых), натюрморт – это тоже определенный «портрет», только без портретируемого (за некоторым исключением).

Ася, Ира, Вера, Лена – впечатление, что они побывали в одном и том же месте, а теперь размышляют или рассказывают о своем путешествии, они такие разные, но это путешествие их объединяет.

Серия «овощных» натюрмортов. Люди – это те же овощи? Только совсем безвкусные, по контрасту с ними настоящие овощи-фрукты кажутся такими аппетитными.

"Катерина" – я ощутила поглощающую тоску зеленую, если в других работах человек изображается на фоне, то здесь фон поглощает, подавляет, какое-то депрессивное состояние. (А вот и журнал портретируемой.)

Садовник! Какая прелесть! Ведь действительно, именно так садовник ухаживает за цветами, только руки, причем очень деликатное обращение подчеркнуто жестами этих рук.

Учительница биологии, учительница математики – легко догадаться, кто есть кто :)

Мне показалось, что для некоторых работ темный фон стен был бы более уместен, он бы еще больше подчеркнул цветовое беспокойство фона, белый цвет смягчает общее впечатление. Вообще, странное место для выставочного зала: офисные работники туда-сюда шныряют, не обращая внимания на окружение…

На обратном пути глядя на некоторых людей почему-то автоматически возникал фон, подобный тем фонам, только когда пробовала «рассмотреть» его в деталях, фон исчезал :(

Анонс выставки см. в этом посте.