Геркулес и Омфала
Mar. 1st, 2012 03:40 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
myllirinaОбожаю рококо, оно учит легкости, сентиментальности, всегда поднимает настроение. На лекции по искусству рококо нам было предложено дома рассмотреть подробно картину Франсуа Буше «Геркулес и Омфала».
Ф. Буше, Геркулес и Омфала, ГМИИ им.Пушкина, 90х74, 1795, х.м.
«В работах этого художника всегда есть эротика, слащавость, сентиментальность, беспечность», а эта картина мне показалась в некотором смысле издевательством над сильным мужчиной :)
Вот мы видим эту смятую прохладного оттенка белую простыню, эта взбитая масса, из которой вырастает зефирное тело Омфалы, от этого же уже слюни потекут. Она вся такая мягкая и податливая, ее тело невозможно себе представить нигде, кроме как в этой постели.
Комичность ситуации выражается через контраст: физической мощи на фоне этого телесного суфле, железной хватки и нежного объятия, обмякшей твердости и неосязаемой силы. Поэтому сильное мужское тело в сентиментальных постельных сюжетах всегда выглядит немножко смешно (по секрету: чтобы в жизни не испортить первое впечатление, нельзя наблюдать за происходящим, а то можно обхохотаться и все испортить :)).
И она положила свою, нельзя сказать, что невесомую, но достаточно воздушную ножку на это сильное тело, которое будто вообще не из этого пространства, оно больше из "подсушенного" барокко, и, якобы, «не пускает», придерживает. Две такие разные ноги рядом, а выглядят как на равных!
Такое тело и такая поза – это же оборжаться :) И он сидит не на той прохладной взбитой простыне, а на плоском горяченном алом покрывале, оно ему зад обжигает, а он смиренно сидит, закрыл глаза, стал слеп в прямом смысле этого слова.
А как она нежно обнимает его ручкой, притом как он вцепился в нее, это же опасно, синяки могут быть от такой хватки! Она его слегка придерживает, он же вцепился в нее мертвой хваткой и не собирается в ближайшее обозримое будущее отпускать, у нее грудь уже побелела от нарушенного кровоснабжения! Ничего дядька не соображает, все, он раб :)
И эти барочные ноги, они лежат на мягком бархатном валике, нет, они едва касаются, они беспомощно почти повисли в воздухе! И такие сильные, но стыдливо скрещенные ноги… едва сдерживаюсь, чтобы не «расплакаться от умиления» :)
Все! Из него же веревки вить можно! Геракл – олицетворение силы и мужественности, герой! И такая слабая нежная женщина моментально обезоружила его! Львиная шкура и дубинка – тоже атрибуты его силы – вдруг стали игрушками, забавой! Еще фигура Геракла очень напоминает джинна в восточных сказках, когда посреди восточного великолепия вдруг из бутылки вырастает нечто несуразное и говорит: "Я - раб лампы!" И ноги у джинна всегда как бы на нет сходят, как связаны, а в картине Буше ноги перекрещены, тоже как связаны.
Слепо влюбленный мужчина оказывается каким-то глупеньким, но, одновременно, и таким классным, в некоторой степени игрушкой :) Но это может быть и страшным оружием, этот сюжет, конечно, конфетки…
Однако, художник немного пощадил Геракла, строгая колонна на заднем плане как бы напоминает ему, что еще не все подвиги совершены, пора!
А так этот сюжет трактовал Рубенс, точнее, показал другую сторону этого чувства - страдание:
Совсем другие эмоции! Тут хихикать и ржать не хочется... это уже на "садо" смахивает...хочется Омфале сказать, что хватит уже издеваться то! Ведь Геракл - красавец - теперь в своем пространстве!
Ф. Буше, Геркулес и Омфала, ГМИИ им.Пушкина, 90х74, 1795, х.м.
«В работах этого художника всегда есть эротика, слащавость, сентиментальность, беспечность», а эта картина мне показалась в некотором смысле издевательством над сильным мужчиной :)
Вот мы видим эту смятую прохладного оттенка белую простыню, эта взбитая масса, из которой вырастает зефирное тело Омфалы, от этого же уже слюни потекут. Она вся такая мягкая и податливая, ее тело невозможно себе представить нигде, кроме как в этой постели.
Комичность ситуации выражается через контраст: физической мощи на фоне этого телесного суфле, железной хватки и нежного объятия, обмякшей твердости и неосязаемой силы. Поэтому сильное мужское тело в сентиментальных постельных сюжетах всегда выглядит немножко смешно (по секрету: чтобы в жизни не испортить первое впечатление, нельзя наблюдать за происходящим, а то можно обхохотаться и все испортить :)).
И она положила свою, нельзя сказать, что невесомую, но достаточно воздушную ножку на это сильное тело, которое будто вообще не из этого пространства, оно больше из "подсушенного" барокко, и, якобы, «не пускает», придерживает. Две такие разные ноги рядом, а выглядят как на равных!
Такое тело и такая поза – это же оборжаться :) И он сидит не на той прохладной взбитой простыне, а на плоском горяченном алом покрывале, оно ему зад обжигает, а он смиренно сидит, закрыл глаза, стал слеп в прямом смысле этого слова.
А как она нежно обнимает его ручкой, притом как он вцепился в нее, это же опасно, синяки могут быть от такой хватки! Она его слегка придерживает, он же вцепился в нее мертвой хваткой и не собирается в ближайшее обозримое будущее отпускать, у нее грудь уже побелела от нарушенного кровоснабжения! Ничего дядька не соображает, все, он раб :)
И эти барочные ноги, они лежат на мягком бархатном валике, нет, они едва касаются, они беспомощно почти повисли в воздухе! И такие сильные, но стыдливо скрещенные ноги… едва сдерживаюсь, чтобы не «расплакаться от умиления» :)
Все! Из него же веревки вить можно! Геракл – олицетворение силы и мужественности, герой! И такая слабая нежная женщина моментально обезоружила его! Львиная шкура и дубинка – тоже атрибуты его силы – вдруг стали игрушками, забавой! Еще фигура Геракла очень напоминает джинна в восточных сказках, когда посреди восточного великолепия вдруг из бутылки вырастает нечто несуразное и говорит: "Я - раб лампы!" И ноги у джинна всегда как бы на нет сходят, как связаны, а в картине Буше ноги перекрещены, тоже как связаны.
Слепо влюбленный мужчина оказывается каким-то глупеньким, но, одновременно, и таким классным, в некоторой степени игрушкой :) Но это может быть и страшным оружием, этот сюжет, конечно, конфетки…
Однако, художник немного пощадил Геракла, строгая колонна на заднем плане как бы напоминает ему, что еще не все подвиги совершены, пора!
А так этот сюжет трактовал Рубенс, точнее, показал другую сторону этого чувства - страдание:
Совсем другие эмоции! Тут хихикать и ржать не хочется... это уже на "садо" смахивает...хочется Омфале сказать, что хватит уже издеваться то! Ведь Геракл - красавец - теперь в своем пространстве!