Стабильная жизнь курятника

[myllirina]

А ведь как забавно наблюдать за жизнью курятника. Вот цыплята только вылупились, такие мокрые и жалкие забираются под крыло к мамаше-наседке. Через несколько дней становятся такими желтыми забавными комочками, которые весело пищат и бегают толпой за квочкой, которая в моменты защиты потомства ну очень смешно «разлохмачивается», становясь в позу борца сумо. После цыплята подрастают, сбрасывают милый желтый пушок, становятся самостоятельными и задиристыми, затем они подрастают еще больше и переходят в категорию «цыплаков», т.е. по-человеческому становятся подростками, объединяются в группировки, выделяют вожака, пацанье одним словом. Вроде здоровые, а ума ваще нет, несутся куда-то, дерутся уже по-серьезному, орут как оголтелые, а ведь смысл их жизней уже давно предопределен, воспрос времени. И вот они везде пытаются залезть, все рассмотреть, клюнуть, а клюв у них «тяжелый», если клюнет, мало не покажется…

Те из них, кто не стал бульоном или цыпленком-табака, переходят в категорию несушек, видок у некоторых становится все более жалкий и потрепанный, другие начинают походить на "хуторских дородных баб" , а из мужчин оставляют одного самого-разсамого красавца, ну или нескольких, в зависимости от женского количественного состава, а то ведь они друг друга переубивают. И вот эти несушки ходят теперь более степенно, уже не суют нос куда попало, а между собой перекинутся парой слов, погутарят, посмотрят издалека, а после уже с опаской подойдут  поближе.

И вот выходит этот важный красавец с одышкой, проверяет свое хозяйство, все ли барышни сыты, нет ли в чем нужды. Очень заботливый такой, найдет зернышко и позовет своих кошелок, а они сбегаются так смешно со всех сторон вперевалочку и чуть ли не до драки у них доходит. Очень смешно они лапами гребут.

Но самая главная петушиная обязанность – это отбивать время. Ох и горластые же попадаются некоторые! Вот он решил, что «пора», вытянулся вверх, расправил грудь, подтянул брюшко от самой гузки до грудины, от этого грудь еще шире стала, захлопал крыльями, отвел голову слегка назад, открыл клюв да как заорал! И по окончании резко вернулся в исходное положение. Посмотрел по сторонам, оценивая произведенное впечатление, при необходимости повторил процедуру еще более выразительно и пошел по своим другим делам.

И очень смешной у них пух на задницах. А еще было смешно насыпать им зерна в кормушку, они слетаются, выстраиваются в ряд так, что вокруг кормушки одни задницы торчат, и теперь подходишь тихонечко, хвать пару штук за хвост и по двору несешься размахивая ими с индейским улюлюканьем (особенно если из их же перьев заранее сделать себе «индейский кокошник»), а они кудахчут вовсю, петух и другие куры тоже переполошились (некоторые петухи могли и в погоню кинуться, так что надо было быть начеку), всеобщая паника, собака на цепи брешет, и тут открывается дверь и выходит дедушка, посмотреть, из-за чего такой переполох, а в это время надо быстро дать свободу курам и прикинуться ветошью, стать как ни в чем ни бывало :) очень это забавляло!

Вообще жизнь курятника была такая интересная, у них была «спальня», где они спали и неслись, был закрытый двор, который соединялся со «спальней» длинным узким лазом. Все там настолько поросло рифами из куриного дерьма, что этот характерный рельеф стал неотъемлемой частью интерьера, прям элементы средневекового донжона даже попадались (так же мрачно, зимой холодно, та же цветовая палитра, та же несуразность постройки). Я очень любила лазить по этому куриному ходу и прятаться там от бабушки, она зовет меня, а я тихо сижу в этом лазу и не выхожу, а после вылезаю такая вся грязная, в перьях, в курином дерьме :) Сейчас то я наглядно понимаю, как бабушка огорчалась, а тогда это было неописуемое удовольствие!

Где-то в первой половине дня все куры регулярно неслись. Сначала курица специальным речитативом сообщает, что ей надо выйти «попудрить носик», петух её подбадривает, получается такое двухголосие, возможно, к ним присоединятся другие несушки. Вот она пропела свою песню и залезла в специальное гнездо, посидела там какое-то время, снеслась и с воплями, песнями, плясками выскакивает из гнезда, петух ее в том же ритме опять восхваляет, постепенно все успокаиваются и продолжают регламентировано и бестолково существовать дальше. Некоторые куры перестают нестись и начинают квохтать, тогда им организуют комфортное место для высиживания, и в течение 21-го дня она безропотно и тихо сидит, не вставая с места, ей подносят еду и питье, а она продолжает высиживать птенцов. И все начинается сначала.

Надо сказать, жизнь кур (те, что условно свободны, т.е. живут не на производственной ферме, а в домашнем хозяйстве) везде на планете Земля примерно одинаковая, и условно отличается лишь тем, ходят ли куры среди яблонь или среди апельсиновых деревьев. И вот у этих кур как бы все так четко организовано, права, обязанности, но они такие смешно-бестолковые, и на фоне этой организованности и неизменного итога жизни эта бестолковость кажется еще более смешной. Вот и люди некоторые вроде делают «все как положено», по правилам, по распорядку, а остаются толкушки толкушками или пни пнями, так и живут…. Зато есть «стабильность»:) осталось только многоженство разрешить...